Еще раз с Радостной Троицей, солнышки! Я, как обычно, на Большой праздник в большие горы к сыночку в монастырь помчалась. Ах, как бы хорошо нам всем собором в таких красотах побывать. А что, палаточным лагерем за монастырем станем, на службы ходить не будем, а в трапезную регулярно!

Пусть угадают с трех раз, почему?

Настроение после поездки выше крыши, поэтому очень хочется зарисовками поездки поделиться. Заочно, кусочек чистого горного воздуха соборушкам передать.
В весенних цветущих горах, через буйство молодой весенней зелени, как то по особенному раскрывается творческая красота этого Праздника. Ездила со старшенькой сестричкой. Она у меня с одной стороны, молочно-заочная «соборянка», т.е. упорно читает наши материалы-распечатки. Читает с интересом, говорит, что не все понятно, но очень нравится, во всем соглашается, но закрывает и все выветривается. А с другой стороны, она молочная синодалка, идет медленный процесс воцерковления. Вот такой тяни-толкая у меня в сродниках. Утречком встали, празднично облобызались, и в разные стороны. Она в храм, а я на Фаворскую гору. Есть там, в двух км. от монастыря, такая горка с источником вмуч. Пантелеимона у подножья. Ее еще первые монахи так назвали, которые с Афона сюда в 1877 году прибыли, и под покровительством Великого Князя Михаила Николаевича, наместника Кавказа, начали здесь монастырь возводить. Размахнулись по полной, до размеров лавры возвели. А наши строители «светлого будущего» (НМП), с не меньшим размахом, это все под корешок закатали. Из пяти храмов один Троицкий уцелел, т.к. под кинотеатр пригодился. На Фаворской горке раньше храм в честь Преображения стоял, теперь остатки фундамента торчат, и громоздкая, метров в 60, вышка красуется. А наши, недавно построили здесь маленькую часовенку с колоколенкой. Намеривалась тут, в часовенке, нашу службу и прочитать.
Зажгла лампадки, только прочитала начало, как в дверь любопытный народ начал заглядывать, турист на водопой повалил. Пришлось исчезнуть. Но, высоту очень не хотелось сдавать. И тут меня осенило, вот куда уж они не сунутся, – на вышку. Сбоку есть подъемная лестница, огороженная полукруглыми перильцами, и на подъеме вдоль лестницы две промежуточные площадочки расположены. На самый верх доступа нет, там замок. Вообщем, забралась на вторую площадку (метров на 40), отдышалась и от всего сердца поблагодарила туристов за то, что меня сюда загнали. Троическое убранство этого живого воздушного храма было потрясающее. Поднималось солнышко, ветер волновал внизу зеленое море крон деревьев, горы скакали как овны, и холмы прыгали как агнцы.
[size=][/size]
Вдалеке внизу монастырь, весь как на ладошке, и я их умозрительно нашими молитвами поливать начала.
Ах, как чудно, леталось здесь на крыльях нашей молитвы. Где то, часа полтора читала и летала. И дольше бы хотелось побыть на этой крохотной площадке, даже несмотря на изрядно пронизывающий ветерок и шокирования бродящих внизу туристов,. Но, почему то начало нарастать кружение в голове и ноги стали подкашиваться, пришлось даже, поджав ноги сесть на железные прутья площадки. Дочитала и вниз. Пьяное состояние продолжалось еще часа три. По дороге назад, проходя мимо монастырской пасеки, встретила знакомого инока-пасечника. Сказал, что через недельку будет делать первую качку весеннего меда, и передаст через сына баллончик. Ура! Вот и подарок праздничный. Я у него еще заказ на старые отбракованные рамки сделала, попробую обезболивающий аппарат В. Гребенникова соорудить. Вечером сынок пришел на чай, рассказала о своем походе и странном состоянии, накрывшем на вышке. Предположила, что головокружения от излучения вышечных антенн. Он махнул рукой, мол, обычные антенны для раций, военные когда то установили. На ночь, после прогулки по лесам-долам потянуло почитать В. Гребенникова. И, вроде нашла причину странного состояния на вышке. Очень похоже на излучения ЭПС, при длительном прибывании, или от конструкции вышки, или от крон деревьев. Раньше, случалось поднималась пофоткать, на 10-15 минут и такого не ощущалось.
Сегодня ехала домой, попутчиком из монастыря оказался старенький иеромонах П. 85 лет. Его позвали на праздник. Такой воинственный старичок-бодрячок, исповедник-одиночка. Я как то упоминала о нем. С год назад он несколько месяцев жил у меня, сейчас скитается по своим чадам. Из монастыря его выдавили еще лет десять назад, из-за не поминания патриарха. Оказывается, что проживание у меня не прошло для него бесследно. Перешел на двуперстие и в молитвах формулу «веки» на «век» поменял. Служить его, разумеется, не позвали, и на время службы поставили в стойла (стасидии) на втором клиросе вместе с монашеским молодняком. Очень повеселил меня рассказом, как те таращились и шарахались от него, созерцая его двуперстие. Так, что дорога буквально промелькнула, насколько позволил гул автобуса, в проповеди и разговорах о нашем Проекте.