ТЕМА: Вопрос Клуб «1000»

drive.google.com/file/d/1c3lWhmK1TPR-I3m..._1i/view?usp=sharing

Алиска — мощная баба, ей любой текст нипочем!

Великолепная дикция, правильное ударение. Где откопал эту девицу? )))

ФИЗИЧЕСКОЕ ПРОСТРАНСТВО ПО БИБЛИИ - 25
Виктор Вейник пишет о том что для того чтобы новая теория могла адекватно отражать действительность, она должна отвечать трём главным физическим критериям: непротиворечивости, адекватности и перспективности. Эти критерии означают, чтобы внутри теории а) не должно быть положений, которые бы противоречили друг другу ; б) адекватность требует, чтобы новая теория объясняла все известные опытные факты, включая те, которые не могут быть объяснены с помощью старой теории а в) перспективность обязывает новую теорию предсказывать существование множества неизвестных ранее явлений, поддающихся опытной проверке. Такая проверка в виде решающего эксперимента должна определить судьбу старой и новой.
По мнению В.Вейника, исходную основу нового понимания физики мира составляют два самых важных физических представления: что пространство есть некое особое метрическое вещество («твердь небесная», «метрон»), а реальное (не условное) физическое время порождается другим особым хрональным веществом. Из этой предпосылки Вейником были математически выведены семь фундаментальных законов, которым подчиняется природа. Согласно теории В. Вейника, материальный мир построен из первозданных простых веществ: теплового, электрического, магнитного, а также метрического, придаёт телу размеры и массу и хронального, наделяющего тело свойствами времени, и других. Если объект не содержит хроновещества, он живёт вне времени, т.е. вечно. Если в объекте отсутствует метрическое вещество, то он не имеет размеров и массы, являясь невидимым и всепроникающим (вездесущим). Такие объекты существуют в нашем мире невидимо.
Обратим внимание, пишет В.Вейник, на первую главу книги Бытия: «И создал Бог твердь… И назвал Бог твердь небом.» (Быт. 1: 7-8). То есть небо, представляющее собой космический вакуум, с нулевым сопротивлением названо твердью, отсюда следует, что космический вакуум ОБЯЗАН обладать свойствами твёрдого тела. В самом деле, вакуум, играет роль пространства, отделяющего одни космические тела от других, а отсюда и вытекает свойство протяжённости, иначе все тела вынуждены были бы сомкнуться между собой. Но свойство протяжённости имеет только вещество, не пустота! На основании этого, пространство является не пустым местом, «чёрным ящиком», нулём, а метрическим веществом, главные свойства которого - «протяжённость и порядок положения». Под порядком положения понимается невозможность двух тел одновременно занимать одно и то же место. Из закона сохранения количества метрического вещества, мерой которого служат размер и масса, вытекает неспособность абсолютно жидкотекущего космического вакуума изменять свои размеры, сжиматься или расширяться, т.е. они обладают свойствами абсолютно твёрдого тела, или «тверди». Отсюда и характерный только для твёрдого тела поперечный вид колебаний в вакууме эл/магнитных волн.
Метрическая же активность тела определяется квадратом его скорости, а мерой количества метрического вещества служит его масса и размеры. Таким образом, пространство, как все метрические явления, подчиняется единым термодинамическим законам и, следовательно! поддаётся управлению.
Свойство протяжённости (Ньютон) придаёт метрическим телам видимость и ощутимость. Остальные простые вещества (тепловое, электрическое магнитное, хрональное и т.д.) невидимы и неощутимы, ибо не имеют размеров и массы, они как бы «размазаны» внутри объёма метрического вещества. Пример – вакуум. Он абсолютно жидкотекуч и всепроникающ и одновременно обладает свойствами абсолютно твёрдого, ибо абсолютно несжимаем, но при этом невидим и неощутим, поскольку его активность (скорость) равна нулю. Но если в составе тел нет ни метрического, ни хронального вещества, они будут пребывать вне времени и вне пространства «размазано», т.е. вездесущно. А это и есть невидимый духовный мир.
Во фразе «В начале сотворил Бог небо и землю» (Быт. I:I) употреблено древнееврейское слово «берешит», что означает «в начале времени». Т.е. до этого не было ни времени, ни пространства. Еврейское слово «бара» -«сотворили» означает сделать что-то из ничего. Как, например, во фразе «Он… повесил землю ни на чём» или «из невидимого произошло видимое».
«Ни на чём» - теперь нам известно – относится к гравитационному полю. Значит, дело не в отсутствии вещества, а в его невидимости, что подчёркивает слово «бара», указывая на происхождение видимого из невидимого. Следовательно, видимые вещественные небо и земля сотворены из невидимых веществ, так что всё на свете вещественно, «земляно», «плотяно», т.е. материально.
При творении мира слово «бара» употреблено только в трёх случаях: в творческом акте первого дня, при сотворении «души живой» в день пятый (животные) и при сотворении человека в шестой день. Во всех остальных случаях используется слово «асса» в смысле создания из наличного материала, имеющего хронально-метрическую природу, т.е. видимую и невидимую.
Вся наша Вселенная, включая космический вакуум, заполнена метрическим веществом, видимым в телах и невидимым (прозрачным) в вакууме. Метрический первокирпичик состоит из элементарных порций (квантов) метрического вещества, каждая из которых имеет конечный объём. А поскольку, (как следствие) и мир наш обладает объёмными свойствами, потому и были придуманы три условные координаты для фиксации условной точки в объёмном пространстве относительно других условных точек или квантов или тел. В это случае, четвёртое расстояние (измерение) является лишним, поскольку является следствием трёх других.

О ВОДЕ И ВОДОТВОРЕНИИ - 29
, в которых хранится информация.
Иоанн Златоуст пишет, что первовещество творений СВЕТ, созданный в первый день, в последующие дни лишь подвергается дальнейшей трансформации: « Итак, в первый день Бог созидает вещество творений, а в последующие же дни дает форму Своим творениям и приводит все сотворенное в порядок».
Первая, а значит световая, твердь – это умопостигаемый мир Ангелов, который создан из «несущего», т.е. из ничего. А второе небо,- по словам Блаженного Феодорита, - Господь сотворил из вод. Православный физик Виктор Вейник считает что эта небесная первосозданная вода и есть вакуум, обладающий одновременно атрибутами воды и тверди. «Водные» свойства вакуума заключаются в его абсолютной жидко-текучести и всепроникаемости а свойства тверди проявляются в разделении тел и в характерном только для твердых тел поперечном виде колебаний электромагнитных волн. А поскольку «активность вакуума», т.е. его скорость, равна нулю, то в нашей видимо-чувственной части вселенной он невидим и неощутим и при этом вакуум обладает экранирующим свойством библейской «тьмы над бездною», отделяя «бездну чувственную» от «бездны умной». Иоанн Дамаскин указывает на последовательность творения: « Надлежало, чтобы прежде всего была создана постигаемая только умом сущность и при таких обстоятельствах - сущность воспринимаемая чувством, и тогда уже человек, состоящий из той и другой. Доктор Вейник обращает внимание на то обстоятельство, что в описании творения мира древнееврейское слово БАРА употреблено только в трех случаях:
• в творческом акте первого дня;
• при сотворении в день пятый « души живой», т.е. животных;
и в шестой день при сотворении человека. Во всех остальных случаях используется слово АССА, в смысле создания из уже имеющегося в наличии материала, обладаю-щего хронально-метрическими свойствами.
Слово «волна» в древнерусском могло произноситься и без «в», т.е. как «олно» или «улна» и тогда корнесловом там могло быть УЛ, что соответствует древнескандинавскому ula и готскому vula. Помимо реки Улы, мы имеем тот же корнеслов в словах улей, улица, юла.
А вот что из ПСАЛТИРИ мы узнаем о воде. Согласно Псалтири, воды – это амбивалентный образ: это и воды потопные – общеизвестный образ возмездия возносливым; волны возмущенные – это вожди иудейские. Для нечестивых, эти волны - «дебри» в то время как воды благодатные изливаются на благочестивых, сиречь на «дерева полей».
Вода – символ «воды вечной, живой», слова Божия, Св. Писания, текущей из Камня – Христа, от Древа Жизни, т.е. Креста Голгофской Жертвы;
• В таинстве Крещения; в Иордане как очищение;
• вода каплющая с иерейского иссопа, дождь благодатный, «посещение земли»
• «Реки стремительные» - апостолы, несущие Слово Благовестия; подвижники веры и благочестия,пророки и др.
• «воды тихие» – Божие Слово, умиротворяющее «ветер и волны» чувств.
• «вода темная» – многозначный образ, например, как непознаваемое; тайн сокровенных; как инстинктивное, подсознательное, животное начало; как «вода под твердью», т.е. под космическим вакуумом.
Вода – после света второе вещество творения; трансформированный свет; источник света и воды находится в сотворенной вечности, окружающей вечность нетварную, или окружаемой вечностью нетварною неслиянно, но и нераздельно.
«Воды» - языческие народы;
образ житейского моря с его треволнениями;
образ страстных помыслов, «потопных вод»;символическое обозначение «мысленных» народов – чувств, помыслов.
«Воды возмутившиеся» - пучина неверия, нечестия, возносливости; синоним суеты, суемудрия и любостяжания
Источники вод – источники Вечной жизни;
• Священное Писание;
• Апостольское учение, вытекающее из Камня – Христа.
«волны мятущиеся» - образ восставшего денницы, гордыни, восстающей под действием прилогов – ветров;
«воды потопные» - помрачение ума лжеучениями;
воды искушений – «через огнь и воду» - соучастие в Крестных страданиях Господа; внутри скорбей и бед эти воды приносят умиротворение и приводят к Пристанищу Небесному;
«следы на воде» - образ непознаваемости Промысла Божия о каждом человеке и всем человечестве;
«реки» - образ течения в Заповедях Божиих между берегов закона;
–«вода и огонь» - образ не только искушения, но и православного крещения, как Иоаннова в Иордане, дополненного Св. Духом; образ испытания праведных и грешников, праведных – к совершенствованию, а грешников – к исправлению.
• пить из потока – смиренно принимать крест скорбей, пить «свою чашу».
Вода превыше небес – вода находящаяся в особом состоянии, является вторичным, после света, веществом творения; трансформированный свет, жизнь – вода; вода вечности.
Пустыня – образ языческих народов лишенных благодатных источников Св. Писания.
Медные врата – врата ада
Корабли – Церкви верных
Выходящие в море на кораблях – верующие среди языческих народов, погруженных в суетные треволнения.
Воды многие – образ языческих народов; многопопечительности.
Глубины морей – пучина неверия, сокровенное место беззакония; начала и власти духов поднебесных; бесовская иерархия.

Человек уже изобрел ядерное оружие, Интернет, мобильную связь. Но самые гениальные ученые всего мира бессильны перед каплей простой воды. Исходя из постулатов химии и физики, вода — это газ. Становиться жидкостью он должен только при температуре в семьдесят три градуса по Цельсию ниже нуля. Человек открыл тысячи законов, по которым устроен наш мир. И только вода не поддавалась ни одному научному объяснению. Многие пророки говорили, что когда наступит конец света, большая вода выйдет из берегов, а что реки станут красными, как кровь. Отрок Вячеслав (Крашенинников) предсказывал, что при кончине мира вода станет красного цвета, цвет будет как у крови и запах ужасный. Его предсказания сбываются. С 2010 года по сегодняшние дни вода портится, местами исчезает, краснеет, как кровь. Этот процесс уже начался во многих странах мира: Техас, США, Антарктика, Австралия, Ирак, Китай, Иран, Россия. Что будет дальше? Наша Земля отличается от других планет. Она живая и сейчас мы уже знаем почему, на ней есть ВОДА. Современные ученые открыли четвертое состояние воды — информационное. Вода способна воспринимать, сохранять и передавать информацию такую тонкую, например, как человеческая мысль, эмоция, слово. Если изменить хотя бы одно из её удивительных свойств, жизнь на Земле исчезнет. Оказывается, то, что мы пьём, не просто содержит конкретный химический состав, а ещё и несёт определённую информацию. Хотим мы этого или не хотим, знаем или не знаем – жидкости моментально меняют свою структуру в зависимости от целого ряда факторов. Одно из самых необычных и загадочных свойств воды – умение запоминать и сохранять любую благоприятную или неблагоприятную информацию. Вода имеет кластерную структуру. Комбинаций кластеров существует великое множество: прекрасных, гармоничных и разрушенных, некрасивых. Имеют значения слова, мысли, чувства – информация. Что несёт она, добро или зло; созидание или разрушение.
. Вода – связующее звено всех процессов и явлений между видимым и невидимым мирами. Человек же, как вы знаете, состоит из воды от 70 до 90%. После того, как учёные выдвинули гипотезу о существовании у воды памяти, перед человечеством открылись невероятные перспективы. На снимках изображена различная структура воды в зависимости от «услышанной» жидкостью информации, так что приемником информации является вода, которая не только омывает каждую клетку тела, но и находится внутри её. Эту структуру воды меняет энергия мысли человека! Группа исследователей под руководством основателя новой науки «волновой генетики» российского учёного Петра Гаряева создала генератор, преобразующий слова в энерго-волны, которые способны изменять генетику человека. Пётр Гаряев считает, что его открытие можно понимать как научное подтверждение того, что слово действительно может “стать плотью”, изменяя клеточный состав человека, его ДНК, т.е. наследственность. С помощью воды уже успешно лечат, оживляют водоемы, предсказывают землетрясения и другие стихийные бедствия. Японский исследователь доктор Масару Эмото брал воду с разных источников, в том числе дистиллированную воду и воду из водопровода, и при помощи жидкого азота резко охлаждал, вследствие чего появлялись кристаллики льда, которые исследовали под высокочастотным микроскопом. Проведя такое исследование, он выяснил, что кристаллы льда, полученные из водопровода мегаполиса, были сильно деформированы и некрасивы, в отличие от воды из горных ручьев, чьи кристаллы были столь чисты и красивы, что поражали воображение.
После заморозки кристаллы с позитивными надписями стали очень красивыми, яркими и многомерными, а кристаллы из воды с негативными надписями, превратились в полуразрушенные, уродливые и темные. Исследования так же показали, что вода, которой говорят теплые и добрые слова, со временем не стареет, даже по прошествии месяцев, а вода, которой говорят слова с негативным оттенком, протухает буквально в считанные дни!

ВОДА
Если смотреть по таблице Менделеева, то она должна, подобно своим соседям по 6-ой группе, быть очень ядовитой, с резким запахом и температурой плавления и кипения ниже минус 50оС. Однако, из-за водородных связей она имеет те свойства которые мы знаем. Подобных ей веществ природе нет.

Если бы этих свойств у воды не было, о жизни можно было бы не говорить.
Вода - почти единственное вещество (еще хлористое серебро), расширяющееся при замерзании. Из-за этого водоемы не промерзают до дна и в них возможна жизнь.
Вода имеет максимальную плотность не при замерзании, а при tо = +4оС, из-за чего под водой зимой живут рыбы. Вода обладает самой большой теплоемкостью. Посему океаны работают как терморегулятор, поддерживая устойчивость климата и, тем самым создавая условия для безопасности органической жизни.
Вода - универсальный растворитель и поэтому в клетке могут идти химические реакции.

О ПАНТЕИЗМЕ И НИВЕЛИРОВАНИИ НРАВСТВЕННОСТИ У КАИНИТОВ - 79
При том сумеречном состоянии религиозного сознания, которое характеризует язычество вообще, для человека вся природа кажется одушевленной, так что он на каждом шагу считает себя находящимся в общении с духовным миром. «Но когда наше сознание не вооружено никакими способами проверки видений, - пишет епископ Феофан Затворник, - мы с неизбежностью совершим всевозможные и даже непоправимые ошибки, ибо основа нашей личности — свобода и сознание». В силу этого, в язычестве во все века рождалось множество суеверий. Так что, признавая мир духовный, мы не можем не признавать возможности бытия злых духов, что есть силы чистые и нечистые. Религия православная учит нас об их пагубной роли и чрезвычайной опасности для человека. Лишаясь сознания и свободы, мы уже не можем ничем руководить в своем достижении истины вообще и в частности, в достижении богообщений. И неважно, что раньше это были просто духи, а теперь они названы сциентистами - «торсионные поля» и «тонкие взаимодействия». Тот, кто верует в Евангелие, не может не знать о действующих в мире силах и об огромной активности демонов, хитро окружающих людей своим постоянным влиянием. Нынешняя всеядная псевдонаучная мистика, вместо «способа высшего познания», превращается в способ помрачения нашего сознания. Именно поэтому Православие не любит говорить о мистике, ибо слишком велика возможность бесконтрольного влияния на нас злого духа, духа лжи и обмана, для сбережения против которого наша личность должна не усыплять свое сознание, а «трезвиться и бодрствовать». Так что избави нас Боже от расслаблений у гипнотизеров и экстрасенсов, у рериховцев и сайентологов!
Ныне общеизвестно, что общая религиозная тенденция всех языческих народов представляла собою отступление от единобожия к многобожию, некую диффузию первоначальных представлений, их деградацию и только затем уже происходило «укрупнение» этих фрагментарных знаний, доходя в пределе (как у индусов) до пантеизма, т.е. всебожия. Такое диффузное состояние религиозного сознания представляет собой аналогию физическим энтропийным процессам. Обратный же процесс «припоминания Бога» в язычестве совершался так что иногда даже и язычников приводил к догадке, что в мире есть какая-то могучая сила Добра. Так как по природе своей человек всегда сохраняет возможность припоминания Бога и возвращения к Нему, то все стадии противобожия способны переходить в различные комбинации в том числе, в направлении не центробежном от Бога, а к центростремительном к Нему. Такое высокое напряжение нравственного чувства в осознании борьбы добра и зла достигло например до своего моисеохристианского пика в религии Зороастра.
Из учения апостола Павла вытекает, что человек, если бы его к этому влекло сердце, именно из наблюдения природы мог бы усмотреть ее Творца: “Ибо что можно знать о Боге, явно для них (людей), потому что Бог явил им; ибо невидимое Его, вечная сила Его и Божество, от создания мира чрез рассматривание творений видимы, так что они (язычники) безответны” (Рим. 1; 19—20) — то есть не могут сказать, что не познали Бога по невозможности этого. И такие случаи, как у Авраама или Иова, подтверждают возможность такого познания. Сократ ведь тоже пришел к идее о Создателе, посредством наблюдения своей внутренней природы. В древнейшие времена у всех людей было еще много преданий о Творце и тем не менее в основной своей массе первобытное человечество не использовало ни одного из этих источников, предание все более заглушалось, и внимание было сконцентрировано исключительно на твари, на природе, которая и заслонила перед людьми того Творца, на которого могла бы им указать. Люди стали усматривать высшую силу не в Боге а в самой природе, в ее явлениях, а наблюдение своего внутреннего мира послужило лишь к тому, чтобы приписать всей бездушной природе духовные свойства. И мы видим как повсюду политеистические космогонии сводятся к изображению извечно существующих сил природы, которые чудесным образом самоорганизуются из хаоса при помощи антропоморфированных сил самой же природы.
ПРИМЕР: По древнейшему шумеро-аккадскому верованию, раньше всего в мире существовала некая бездна Мумму Тиамат из которой все и зародилось каким-то самопроизвольным процессом. Судя по изображениям, Мумму Тиамат это некая «бездна», наполненная кашей перепутанных в беспорядке безобразных существ, или зародышей этих существ. Мумму – это Мама, т.е. Матерь\Материя а Тиамат почти марксистский Диамат. Когда же из этой одушевленной массы начали вычленяться антропоморфированные силы организованной природы в виде неких особые духов-богов, то последние вступили в борьбу с хаосом, он же Мумму Тиамат(читай «диалектическая материя»), которая выслала на них свои чудовищные создания, впоследствии уже игравшие роль однозначно злых духов. Боги-устроители вселенной, разумеется, победили хаотическую бездну и так явился современный упорядоченный мир.
В таких космогонических представлениях уже совершенно забыта Личность Создателя, подобно тому, как она была забыта и в Египте и в Индии, где место Личного Создателя заняла сила косной слепой природы. Это представление сохранилось и у нынешних якобы «цивилизованных», но, по-сути, отказавшихся от христианства в пользу неоязычества европейских народов и не только их. Например, если мы взглянем на космологию Японии синтоистского, т.е. добуддийского, периода, мы найдем в картине их мироздания то же самое брожение сил самостийной природы. “Кодзики”, а это нечто вроде японской синтоистской библии, начинается так: “Кто знает формы мира в первоначальный период его творения, когда и спермы-то эти еще не определились? В начале творения на небе явился дух Амено-минака-нуси, потом явились Таками-мусуби и Ками-мусуби. Эти три духа и были главными при творении мира”. Потом в великой пустоте появилось существо, по форме похожее на росток травы “аси” (риса?), только что вышедший из воды. Это был дух Маси-аси-каби. После него явился Амено-токо-даци. Этим пяти духам весь мир обязан своим происхождением. Другой повествователь говорит: «в то время, когда вселенная в неустроенном виде была подобна маслу, плавающему на воде, явилось существо, по форме похожее на росток травы аси, только что вышедшей из воды. Это был дух Маси-аси-каби, сотворивший мир...”
И тут также не видно никакого творения, а есть только формирование мира из уже наличного первобытного хаоса. Из дальнейшего рассказа мы узнаем, что когда этих духов, зародившихся из сил природы, появилось достаточно много, то последние из них, а именно предки японского народа — Изанаги и Изанами, спустились в земную область и, став на облако или некий водяной плавучий мост, начали водить копьем по воде. Из капель, упавших с копья, образовался остров Оно-Горо-Сина, на японском языке “остров, образовавшийся сам собой”. Когда же Изанаги и Изанами вступили между собою в брак, то от них родились горы, острова и моря и вся Япония. Таким образом, Изанаги и Изанами являются антропоморфированными силами природы а слово “родились” означает “образовались”.
В античной космогонии Греции видим то же самое: Земля Гея рождает Урана-небо, от их соединения рождаются титаны, имена которых указывают на явления природы — Гром, Молния, Сверкающий. В этой семье уранидов находят себе выражение все силы природы, созидающие, сохраняющие, разрушающие. Победа Зевса над титанами утвердила иерархию сил вселенной, при этом Самого Создателя нет у греков. И у них природа заслонила Личность Творца.
Нивелирование истины и лжи — расхожая «мудрость» еще древнеиндийских религий и общее место всех пантеистических религий как таковых. Добро и зло считаются ими понятиями неразвитого, примитивного мышления, незнакомого с тонкими истинами философии, которая, при всей своей «тонкости» сводит все к понятию «силы». В европейской мысли идея относительности истины и лжи издревле развивалась философами-софистами (от греч.: σόφισμα — умная мысль, хитрость, обман). К примеру, аргументация софиста Протагора (V в. до Р.Х.) такова: любое мнение является истинным, так как о каждой вещи можно высказать противоположное суждение. Верно и то, что эта стена белая, и то, что эта стена небелая, потому что со временем она испачкается и перестанет быть белой.
В последнее время нередко встречаются рассуждения: Бог благ и всемогущ, следовательно, Он может и захочет всех присоединить к Своему Царствию и потому язычники автоматически придут к пониманию и признанию Его. Но все ли язычники? Всем известна история пророка Даниила и его друзей, отданных в обучение халдейской мудрости. Но если такие выдающиеся личности как Даниил, - пишет Л.Тихомиров,- смогли безопасно для своего религиозного мировоззрения вынести погружение в эту «сверхмудрость», то натуры более слабые не могли не поддаться очарованию языческой мистики и «вавилонской науки», которая была основана на понимании мира пантеистически слитого с божественной силой. Этому очарованию поддаются и нынешние неоязычники гиперборейской закваски. Догадаться несложно с чьей подачи, ибо пантеистические тенденции прежде всего заложены в основании Талмуда и Каббалы, непримиримо враждующих даже с ветхозаветной верой в Бога.
После распада Союза, многие поняли, что Талмудический (или Каббалистический) материализм – это лишь более ранняя разновидность до боли знакомого Диалектического материализма. Но разве исключено, что и допотопная цивилизация причастилась к этой «премудрости»? Ибо во все времена, -пишет Тихомиров,- самосознание показывает человеку присутствие в его душе ума, желания, воли, так что язычнику (или марксисту-атеисту) представляется, что эти свойства у него проявляются, как общие свойства всей природы.
Греческая философия формулирует такое понятие как гилозоизм, то есть представление о материи как о живом существе. Материя мыслится одаренною общими свойствами жизни, такими же, как у человека и животных и, размышляя об этом, гилозоист колеблется лишь в том, проникает ли эта жизненная сила насквозь весь предмет или живет в нем в виде отдельного “духа”. Но именно так появляются специализированные боги, например утреннего и вечернего солнца, времен года и т. д. Такие бесчисленные «спецбоги» были повсюду: одни отвечали за процессы роста в природе вообще, другие - для успешного произрастания именно хлебных злаков и т.д. и т.п. В Риме это видно по сохранившимся спискам божеств. Число богов, значащихся в жреческих списках, количественно определить невозможно. Всякое отдельное состояние, всякое действие, всякий класс предметов имели особых духов-защитников. Были боги рождения, боги брака, боги, которые защищали дитя и мать, боги, помогавшие развитию ребенка, одни — в раннем возрасте, другие — в более позднем. Маленького ребенка учили есть и пить Эдука и Потина, Куба охраняла его постель, Оссипаго укрепляла его кости. Карпа — его тело, Статан учил стоять, Абеона и Адеона — ходить, Фабулин, Фариг, Локуций — говорить. Все части дома имели своих богов: Фуркул охранял двери дома, Лимеш — пороги и т. д. На Бубоне лежало попечение о быках, на Эпоне — о лошадях, на Палесе — об овцах. Пастухи почитали Флору и Сильвана, садовники — Путу и Помону и т. д. и т.п. Так что существа, которым поклонялись римляне, были скорее божественными сущностями, некими «силами», чем личными богами. Понятно, что ощущение духовных свойств бытия, с возрастом или образованностью не исчезает у человека, так как он их чувствует в себе, отсюда следует и его умозаключение, что эти свойства существуют и в природе. Человек чувствует свою зависимость от них и эти бесчисленные божки сил природы, лишая человека свободы, становятся для него существами более значимыми, чем даже он сам. И в этом закабалении духа мы имеем весьма впечатляющую картину последствий забвения о Создателе мира, о Личном Боге в единственном и прямом смысле, когда забытая таким образом римлянами Единая Личность Создателя мира на их глазах распыляется в мироздании Лукреция Кара на пылинки-атомы
Разумеется, первые зародыши философии религии появились в жреческо-поэтической среде, которая постоянно присматривается к бесчисленным божествам сил природы. Наблюдение за этими силами, проявляющимися в Эдуках, Статанах, Локуциях, Фуркулах, Сильванах, Помонах и т.п, наталкивает римлян на мысль, что эти духи-божества подразделяются на однородные группы и классы, имея, по-сути, единую природу. Начинается процесс концентрации, конденсирования божественного элемента, распыленного в природе в виде «сил», параллельно идет классификация этих божеств и духов а затем объединение нескольких родственных в одного обобщенного. Этот процесс идет, по мере того, как силы и явления, в которых усматривается духовная сущность, сводятся все к меньшему и меньшему числу категорий, пока наконец жреческая мысль не достигает идеи о том, что все они, по сути, составляют одну великую душу, неотделимую от материальной природы. Вот каким образом все одушевляющий анимизм через стадии политеизма переходит наконец во всеобщий пантеизм, из которого до сих пор не могут выбраться и современные сциентисты.
Важно отметить, что это общее понятие о мире и о Боге одинаково присуще для всех вероучений, кроме христианского. Все эти лжеоткровения понимают мир как эманацию из Божества или отождествляют мир с Божеством. Так представляли себе мир древние египтяне, халдеи, индусы, так его представляют и нынешние Каббала, оккультизм и теософия. В такого рода откровениях можно видеть метание пантеистической мысли между двумя лишь гипотезами: истек мир со всеми своими предметами и существами из божественного элемента или же, наряду с Божеством, как устроителем-архитектором, существовала совечная ему материя, из которой, кстати, и само это Божество зародилось в результате некой вибрации частиц. И для подобного мировоззрения не существует никакой надобности в Божественном Откровении, ибо идея пантеизма и эманации есть чисто человеческая идея. Ничего другого и не может представить обезличностный человек, когда пытается создать философию бытия, руководствуясь только тем, что он наблюдает в окружающем мире физических явлений. Общая идея всех этих “откровений”, этих философий бытия — у египтян, индусов, каббалистов и т. д. — состоит в том, что “из ничего не может создаться ничего”. Так что все философии бытия, не могущие даже помыслить о «создании мира из ничего», — не суть откровения свыше. Они исходят лишь из такого понимания, которое свойственно человеку и для того чтобы так рассуждать, не нужно никакого откровения.

ЯЗЫЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ КАК КУЛЬМИНАЦИЯ ПОЛОВОГО ПРИНЦИПА КОСМОГОНИИ

Издревле философская языческая мысль колеблется между двумя представлениями. Согласно первому, хаотическая природа существовала извечно и в ней путем произвольного самозарождения явилось некое сознательное существо, произведшее затем устроение нами обитаемого мира.
Пракри́ти, в древнеиндийской мысли — материальная основа мира объектов. Пракрити вечна, вездесуща, из нее возникают конкретные элементы — атомы земли, воды и т.п. Противопоставляется она пуруше — сознанию, «я» и считается источником заблуждения, так как пракрити, будучи низшей реальностью, майей, скрывает высшую реальность, абсолют.
Жи́ва, джива (санскр.: живущий, живой), в индийской философии означает живое существо, душу. Живе присущи сознание, вечность (несотворенность и неразрушимость), способность к деятельности. Жива может пребывать в двух состояниях — несовершенном и совершенном. В первом состоянии жива соединена с материей, занята неадекватной деятельностью и подвержена страданию. В совершенном состоянии жива обращается к адекватной деятельности, освобождается от страдания. Живы образуют лестницу, на низшей ступени которой стоят живы, воплощенные в растениях и неорганических веществах, далее идут живы в теле животных, людей и богов и на высшей ступени стоят живы, совершенно освобожденные от материи, им приписывается форма человеческого существа.
Пра́на (санскр.: дыхание), в древнеиндийской философии дыхание как принцип жизни, жизненный дух как одушевляющее начало и общемировой процесс, это общий космический принцип, объединяющий микрокосмос с макрокосмосом. Дыхание, прана, имеет превосходство над всеми остальными жизненными функциями, поэтому регулированию дыхания в йоге придается особое значение: без него невозможно очищение и сосредоточение ума. Абсолютной сосредоточенности ум может достигнуть только при полной задержке дыхания.
Бра́ма, Брахма, индуистский бог, создатель мира, абстрактное начало всего, источник, из которого все выходит и ку¬да все возвращается. Именем его названа религия индусов, брах-манизм. Брама мало вовлечен в сюжеты мифов, ему не посвящают храмов, однако создают изображения. Один только Брама имеет привилегию быть изображенным с бородой.
Ви́шну в древности был богом солнца, затем стал почи¬таться как бог-охранитель. Почитается главным образом в ви¬де многочисленных аватар, земных воплощений, каковыми были даже Кришна, Рама и Будда. Он один может изображаться в лежачем положении, почивающим на змее вечности. Вместе с Брамой и Шивой Вишну представляет тримурти, тройку главных божеств индусов.
Ши́ва, индуистский бог смерти, изображается с третьим глазом — глазом разрушителя. Он уничтожает мир и богов в конце каждой кальпы (эры). И облик Шивы, и его культ устрашающи. Он отсек голову самому Браме и был осужден на вечные лишения. Эти лишения Шивы возвеличиваются как аскетизм, и потому он почитается как покровитель аскетов. Шива еще бог танца; когда он танцует вместе со своей женой на теле убитого им Апасмары, людям приходится очень туго. Наиболее любим Шива как покровитель детородного начала, потому он и его супруга Шакти — основные божества тантризма.

Орму́зд, Ахурама́зда (авест.: господин мудрость), у Платона и Аристотеля: Оромаздес — наименование верховного бога в иранской мифологии, используемое вместо его подлинного, но табуированного имени. Ормузд сотворил мир усилием мысли, будет судить мир на страшном суде и победит силы зла. Изображается он в виде жреца, а также в виде огня, женами его являются небесные воды. По учению Зороастра, он был избран Ормуздом в качес-тве посредника между небом и землей, обучен им правилам жертвенных ритуалов и шаманскому искусству гадания на птичьих перьях. Арима́н, Андхро-Ма́йнью, в иранской мифологии божество зла, глава сил тьмы и смерти, противник Ормузда, олицетворение отрицательных побуждений человеческой психики. В «Младшей Авесте» Андхро-Майнью выступает как князь тьмы, действующий посредством подчиненных ему злых духов — дэвов. Он погубил первого человека, породил всякое прегрешение и смерть, отвечает на каждое деяние Ормузда противоположным этому деянию злом.
По другому языческому воззрению, извечный бог произвел мир из самого себя посредством эманации. Мир истек из него, а потому вся природа есть не что иное, как сам Бог. Оба воззрения, по существу, не разнятся. В обоих случаях Бог отождествляется с природой. Пантеизм – это, например, и оккультная основа Каббалы.
Отсутствие идеи созидания мира и наблюдение повсюду факта рождения неизбежно вводит в языческую философию половой принцип.
Л.Тихомиров цитирует Франсуа Ленормана, который пишет: «Концепция божественного существа единого и всеобщего, смешиваемого с материальным миром, эманирующим из него, но не сотворенным им, встречается в основе повсюду. Это — бог-природа, каждый год опустошающая свое дело, чтобы его возобновить в следующий сезон. В этих попеременных операциях разрушения и возобновления, в силу пантеистической концепции существа этого бога, он представлялся производящим не в мире, отличном от него, а в своей собственной субстанции, воздействием на самого себя. Каждому моменту этих операций соответствует особое божественное имя и отдельная ипостась. Отсюда развитие первобытной мифологии, которая, внешне проявляется в виде множества отдельных богов, но которые, при внимательном их изучении, имеют тенденцию сливаться между собой и быть сведенными к первичному единству природы.
Причина и прототип видимого мира — бог-природа,— имеет по необходимости двойную сущность. Такой бог-природа обладает двумя принципами всякого земного рождения — активный и пассивный, мужской и женский. Вот почему в Халдее\ Вавилоне, как и в Сирии и в Финикии, божества мыслятся не отдельно но парами. Все божественные супружеские пары образованы по типу инь и ян. «В начале всего, — говорит аккадское учение, — не было ни неба, ни земли и никого из богов, а были только воды океана, соединенные с общей матерью Тиамат (пучина, бездна). Первобытное море — в виде первобытного хаоса. Затем является первая пара богов, от которой произошли все прочие, — Лахму и Лахаму. После них, спустя долгое время, является вторая пара: Ансар и Кисар, небесное (мужское) и земное (женское) начала. От них происходят прочие боги, сначала трое верховных, потом великий сын Эа — Мардук (Мирри Дуги) и другие решители судеб. Приготовления к устройству правильного космоса, в качестве жилища для богов, и возрастающее могущество богов приводят к великой борьбе Тиамат и ее дружины с богами».
В этой битве побеждает Мардук, который убил Тиамат и, разрубив ее труп, из одной половины сделал небо, а из другой землю. Затем из первоначальных божеств, путем последовательных рождений явилось все множество других.
Здесь мы нигде не видим Бога как Личности и Творца мира. Начало всего — некая безликая хаотическая природа, в которой с помощью некой эволюции неких ее свойств зарождаются «боги» — с самого начала создания личностные, сознательные и организованные, которые и приводят в порядок мировой хаос.
И все-таки Бог-Творец не был окончательно забыт. «Высший Бог, первый и единственный принцип, из которого происходят другие боги, был бог Илу, — говорит Ф. Ленорман, — каковое имя означает «бог» по преимуществу». В ходе дальнейшего развития религиозной философии, Илу уже назывался «Единый» и «Благой», хотя непонятно откуда мог явиться этот «Единый» и «Благой», поскольку из мифологии это не вытекает. В документах даже ново-ассирийского периода, с уже развитой философской мыслью говорится, что «в начале из Бездны (Ансу) и первобытного моря (Тамти) было рождено Существующее Бытие — Ов Кинув», но исходным пунктом является все тот же Хаос.
Затем, располагаясь ниже Илу, как некоего общего таинственного источника, шла триада богов внешних и видимых; если Ану ( будущий Эон греков) – это Первичный хаос, несозданная материя, исшедшая из основного принципа или эманировавшая из Илу, то логично, что из Ану эманировал Нуах (он же Ум- Нус), «разумение», которое одушевляет материю и делает ее плодотворящею, затем идет Бэл (Вал\Ваал) — демиург, распорядитель организованной вселенной, эманировавший из Нуаха\Нуса. Эти боги Илу, Ану и Бэл считаются равноправными. При этом, каждому из них, по принципу половой дополнительности, соответствует женская ипостась, и уже их порождения также впоследствии идут триадами, постепенно заполняя мир таксонами-божествами. Религия Вавилона в своей основе была той же природы что и религия Египта а потому мы и там находим центральную идею божественного единства, пусть и изуродованную фантазиями пантеизма, который смешивает создание с Создателем и превращает Божественное Существо в бога-вселенную, чьими проявлениями в мире оказываются явления природы. Под этим высшим и единым божеством идет, в порядке эманации, соответствующем степени их важности, целая плеяда второстепенных богов, которые суть атрибуты и олицетворенные атрибуты верховного божества. В этих второстепенных божественных существах и во взаимоотношении их природы по преимуществу проявляются различия главных языческих религий, которых основной принцип постоянно один и тот же.
В совокупности созвездий и особенно планет халдео-вавилоняне усматривали некое судьбоносное откровение божественного существа. Подобно сиро-финикийским народам, с религией которых их религия имела самое тесное родство, они рассматривали звезды как действительные внешние проявления этого божественного существа и создали в своей религиозной системе видимое проявление ипостасей, эманировавших из Абсолютного Существа, которые они отождествляли с миром, его созданием.
Л.Тихомиров снова цитирует Г. О. Ланге: «Первичным принципом, из которого возникла вся жизнь, египтяне почитали воду. Эта первичная вода, называвшаяся Нуц, (сравните с греческим Нусом) содержит все мужские и женские зародыши жизни. По мнению одних, Ра возник из этой воды. По другому воззрению, он вышел из яйца (сравните с Аис у этрусков) в образе птицы или юноши». «Мир был сотворен и приведен в порядок девятью богами, составлявшими великий гелиопольский божественный цикл. Местный бог Тум является первичной причиной. Вначале существовал он один и находился в хаосе, или первичной воде. Затем посредством самооплодотворения он произвел Шу и Тефнет. В это время Геб и Нут (земля и небо) лежали в первичной воде, крепко обнявшись друг с другом. Шу проник между них, поднял Нут кверху и дал возможность солнцу начать его ежедневный путь по небу- Кеб и Нут (то есть земля и небо) произвели Озириса — плодородную землю с Нилом — и Сета — пустыню, вместе с двумя сестрами — Изидой и Нефтис. Этим закончилось устройство мира и наконец могла начаться его история».
Как видим, и тут сотворения тоже не было. Природа — первичная хаотичная вода,— была сама по себе и сама всех породила. Так что земля и небо не сотворены а просто лежали в первичной воде. Опять боги по какой-то непонятной причине вдруг проявили свою волю и стали устроителями природы, ее силами и элементами. Ну все как у современного эволюциониста Спицина. Как это было тысячи лет назад так и теперь, ум язычника не может вместить создания «из ничего». Их ум признает только рождение из уже наличного. И вот является такая концепция, до которой домыслился Египет: «Вначале был Нун, первичный Океан, в глубинах которого плавали зародыши вещей. Во всей вечности бог зарождался и порождался сам в недрах этой жидкой массы, еще без формы и без определенного назначения. Этот Бог египтян был существо единственное, совершенное, одаренное знанием и известным разумением, непостижимое до такой степени, что нельзя даже сказать, в чем оно непостижимо. Он есть один-единственный, тот, который существует по существу, единственный живущий в субстанции, единственный породитель на небе и на земле, который сам не порожден, отец отцов, мать матерей». Не правда ли интересно? Здесь интересна также трактовка дифференциации первичного неразличенного единства. «Единый по существу, он не един в лице. Он отец по одному тому, что он есть, и сила его природы такова, что он вечно порождает не ослабевая, не истощаясь. Он не имеет надобности выходить из самого себя для того, чтобы стать плодоносящим: он находит в собственных недрах материю для своего постоянного порождения. Один в полноте своего бытия он зачинает свой плод, а у него зачатие не может быть различено от порождения, поэтому он во всей вечности производит в самом себе другого самого себя. Он одновременно есть отец, мать и сын бога». Это уже очень близко к Атман-брахману индийцев. Такой бог, формально троичный и единый, имеет такие атрибуты Бога как безмерность, вечность, независимость, всемогущую волю, безграничную доброту и Он вечно развивает эти свойства, создавая свои члены, которые суть боги. Такой бог подобен солнцу, у которого каждый из его протуберанцев - вторичных богов, будучи идентичен первому богу, может рождать новый тип, из которого эманируют, в свою очередь таким же способом другие, низшие типы. От триады к триаде, от персонификации к персонификации мы, вскоре доходим до поистине несчетного количества многоруких божеств, которые спускаются ступенями из самого высокого порядка до самых низших ступеней природы». И тем не менее, при всех различиях этих божеств, имена, которые имели эти существа, были лишь именами и формами одного и того же бога, ограниченного материей, пространством и половыми атрибутами.

НАУЧНАЯ КАРТИНА МИРА СЕГОДЕНЬЯ

Гейзенберг писал: « В ХIХ веке естествознание было уже заключено в строгие духовно-ментальные рамки, которые определяли не только облик естествознания, но и общие взгляды людей. Внутри этих рамок материя могла быть рассматриваема только как особая реальность, независимая от человеческого духа, то есть от его познавательных возможностей, и от каких-либо сверхъестественных сил, то есть от Божественных энергий. При этом понятие реальности относилось к вещам или процессам, которые мы воспринимаем нашими чувствами или которые могут наблюдаться с помощью приборов».
Проще говоря, если не видишь глазами или их продолжением - приборами, то этого не существует. « Эти строгие рамки, в которые было заключено естествознание, – продолжает излагать свою мысль Гейзенберг, – во многом определялись основополагающими понятиями классической физики, такими, как пространство, время, материя и причинность. Понятие реальности относилось к вещам или процессам, которые мы воспринимаем нашими чувствами или которые могут наблюдаться с помощью усовершенствованных приборов, представленных техникой. Материя являлась «первичной реальностью». В то же время, - признается Гейзенберг, - «эти рамки были настолько узкими и неподвижными, что трудно было найти в них место для многих понятий духа, человеческой души или жизни. Дух включался в общую картину только как своего рода пассивное зеркало материального мира.» «Особенно трудно было найти место в этой системе знания для тех сторон реальности, – пишет Гейзенберг, – которые составляют предмет традиционной религии и которые доныне представляются более иллюзией. Поэтому в тех европейских странах, где обычно идеи доводились до их логического конца, появилась открытая враждебность по отношению к религии».
Что касается мистической стороны христианства, то эту сторону «передовое научно-философское мировоззрение» прошлых столетий категорически отвергало. Это отвержение во многом было связано с господством в научно-философской мысли той эпохи представлений «наивного реализма». В самом деле, если в выстроенной в прошлые столетия картине мироздания не было места представлениям о трансцендентном факторе, управляющим течением жизненных процессов, то тем более в ней не могло быть места представлениям о взаимосвязи между человеком и Вседержителем мира, о восприятии человеком Божественной благодати. Вместо христианского учения о Церкви как о мистическом Теле Христа, в общественном сознании утвердились расплывчатые представления о некой «христианской духовности». Такие представления очень легко можно было свести к чисто психологическим переживаниям в духе существовавшей в те времена «научной картины мира», переживаниям, не соотнесенным с христианской онтологией. Особенно сильное влияние эти материалистические тенденции оказали на жизнь постсоветского общества.
По словам Гейзенберга, выводы современной физики «во многом изменили представление о мире, унаследованное от прошлого века. Они вызывают переворот в мышлении и потому касаются широкого круга людей». Ведь эти люди были введены в заблуждение той идеологией, которая в свое время сумела «подмять» под себя ньютонианство и своим «воющим звуком» заглушить в общественном сознании все остальные точки зрения.
Но даже во времена тотального господства материалистической идеологии всегда оставались ученые, не поддавшиеся воздействию господствующих мировоззренческих стереотипов и видящие в изучаемых ими материальных явлениях проявление Божественной силы и премудрости. Так, еще в тридцатых годах ХХ столетия Макс Планк признался: «И религия, и естествознание нуждаются в вере в Бога; при этом, для религии Бог стоит в начале всякого размышления, а для естествознания – в конце. Для одних Он означает фундамент, а для других – вершину построения любых мировоззренческих принципов».
Что же касается науки как гносеологического явления, способного самоочищаться от мифологических наслоений, то здесь ы имеем полное согласие с мировоззренческой традицией христианства. По словам Планка, мы «никогда не встретим противоречия между религией и естествознанием, а, напротив, обнаруживаем полное согласие как раз в решающих моментах. Религия и естествознание… дополняют и обуславливают друг друга».
В конце XX ‒ начале XXI века, внимание к возможностям православного осмысления науки заметно возрастает, о чем свидетельствуют сотни конференций, сборников статей, монографий, относящихся к различным областям знаний (в физике, например, это Альберт-Виктор Вейник). Но вседозволенность и безответственность большинства средств массовой информации привели к тому, что наряду с интересными православно-научными идеями, антинаучный бред буквально заполонил страницы газет и журналов, программы радио и телевидения. В последние годы возникло такое, ранее не существовавшее явление, как лженаука.
Значительную долю своих усилий христианская наука до сих пор обращает на закономерности душевной и духовной жизни человека. Этим, идущим еще от египетского монашества, вниманием к душе были заложены глубинные основания для развития психологии, причем не только мистической, но и парадоксальным образом… магической (!), которая утверждалась через отрицание положительных открытий христианской мистики, через извращение сути этих открытий.

ЕЩЕ О ФИЗИЧЕСКИХ ЗАКОНАХ

«В самом деле, – пишет В.Н. Тростников, – "закон", очевидно, не есть нечто материальное, он не имеет вещного, предметного характера». Закон есть предписание, инструкция, т. е. идеальная сущность. Понятие физического закона возникло, по аналогии с понятием закона юридического: первый регулирует поведение неживых сил, второй – поведение людей. Но постановления законодательных органов могут быть действенными лишь в том случае, когда граждане о них знают. Государственный закон можно считать материализо-ванным в головах людей, записанным в их памяти, поэтому никакой философской проблемы здесь не возникает. Но откуда частица материи знает, что ей нужно притягиваться к другой частице по закону обратных квадратов? И как частица может знать, что на таком-то расстоянии от нее находится другая частица?».
Например Первый закон Ньютона гласит: «"всякое тело сохраняет состояние покоя или равномерного прямолинейного движения, пока и поскольку оно не будет выведено из этого состояния внешним воздействием". Где же записан этот закон? Может быть непосредственно в движущемся теле? А если это тело элементарная частица? К тому же, кроме первого закона механики, оно должно еще "знать" и второй закон механики, и третий закон механики, а кроме того, уметь измерять собственное ускорение с огромной точностью и т. д. Стоит лишь чуть-чуть поразмыслить надо всем этим, как сам напрашивается вывод, что каждая «законопослушная» частица материи должна вмещать в себя гигантскую информацию, помещающуюся разве лишь в многотомных учебниках физики, что явно абсурдно.
Декарт исхитрился и выдумал лукавую подмену, постулировав наличие между космическими телами некой гипотетической тонкой материи. Согласно его измышлению, «все пространство заполнено частицами, образующими иногда скопления значительных размеров, например планеты Солнечной системы». Такова сущность теории вихрей Декарта. Заполнив таким образом мысленно пространство «всепроникающей невидимой тонкой материей, плеромой», он решил, что объяснил космос без помощи силы, в том числе и Божественной. Планеты движутся потому, что их, как в море корабли, увлекает вихреобразное движение плеромы, приводящее их таким образом во вращательное движение вокруг Солнца. Лукавство Декарта было очевидным, ибо Первоистоки такого бесконтактного взаимодействия между физическими телами явно находятся в области трансцендентного, содержащего в себе и « энциклопедическое знание частицами» физических законов. Ясно, что Источник этого «знания», в конечном счете, все тот же - Вседержитель мира. Этот Источник христианская традиция наделяет такими именами, как «Премудрость», «Разум», «Слово», «Знание, которое превосходит всю совокупность знаний» (Дионисий Ареопагит), в том числе – совокупность тех «знаний», которым должна была бы обладать любая материальная частица, если бы она жила своей автономной жизнью в демокритовско-декартовском, механистическом мире.
Картезианцы включали в механику вопрос о физической природе взаимодействия, о причине изменения механического движения, считая, что всякое взаимодействие должно, в конечном счете, сводиться к толчку или давлению. В основах механики Ньютон разошелся с Декартом и его последователями – картезианцами. Ньютон высказался по этому поводу следующим образом: «Тяготение должно вызываться агентом, постоянно действующим по определенным законам. Является ли, однако, этот агент материальным или не материальным, решать это я предоставляю читателям». Поскольку метафизические стороны учения Ньютона значительно легче, чем учение Декарта, уживались с религией, это обстоятельство послужило причиной того, что учение Ньютона было восторженно принято в Англии и подверглось критике во Франции, где особенно сильно было картезианство и где буржуазия шла на бой за свое господство не под религиозными а под атеистическими лозунгами. Так что ньютонианство не только выпадало из механической картины мира, но и бросало ей вызов, о чем большинство современных физиков и не догадывается. С точки зрения современной физики, конкретно-физическим выражением этого «внешнего» воздействия является физическое поле, которое способно находиться во взаимодействии с полями других материальных объектов и, тем самым, обеспечивать их «правильный образ поведения». В то же время сами физические поля, судя по всему, являются выражением более глубокой и фундаментальной нематериальной реальности, в конечном счете, по учению Церкви, – тех Божественных энергий, которые обеспечивают стабильность и гармонию физического мира. Именно этот аспект и мог иметь в виду Ньютон, когда писал о том, что «тяготение должно вызываться агентом, постоянно действующим по определенным законам».
Платон, утверждая, что в живых организмах «целое больше своих составных частей», тоже полагал, что качественные свойства целостного появляются в результате воздействия на материю со стороны мира идей, являющегося «вечным и неподвижным в своей высшей красоте». Идеи, управляющие жизнью Вселенной, в понимании Платона первичны. «Это – вечные образцы, "парадигмы" (греч.paradeigma – "образец"), модели, по которым строится вся множественность вещей, образованных из бесформенной, темной, текучей, бесконечной материи. Сама материя ничего не может породить. Она только "кормилица" или "восприемница", принимающая в свое лоно идущие от идей световые истечения так называемые эманации. Сила пронизывающего, сияющего света, исходящая из идей, оживляет темную материальную массу, придает ей ту или иную видимую форму по образцу вечных и неизменно-прекрасных форм недоступного для грубого человеческого чувства мира идей. Идеи прекрасны, так как они не живут во времени, которое разрушает материальные тела, старит их, делает безобразными. Мир идей находится вне времени, он не живет, а пребывает, находится в вечности» Такие представления о мироздании принято называть объективным идеализмом, поскольку Платон «признает существование вполне реального, независимого от сознания человека, то есть объективного идеального бытия».
Аналогичным образом мыслил и подвижник благочестия XIX столетия св. Феофан Затворник (1815–1894). Он использовал традиционный термин платонизма – душа мира – и допустил существование некой «лестницы невещественных сил душевного свойства». «Взаимное притяжение, химическое сродство, кристаллизация, растения, животные, – писал он, – все производится соответствующими невещественными силами, которые идут, возвышаясь постепенно. Субстрат всех сил – душа мира. Бог, создав сию душу невещественную, вложил в нее идеи всех тварей, и она инстинктивно, как говорится, выделывает их, по мановению и возбуждению Божию».
Как отмечают исследователи, истинными мотивами математической и естественнона-учной деятельности Ньютона «были его религиозные воззрения. Все догмы христианского вероучения Ньютон считал Божественными откровениями. В Боге видел он причину всех естественных сил, всего существующего и происходящего. Божественное промышление, воля и контроль, по его мнению, присутствовали во всех явлениях. С юных лет и на протяжении всей жизни Ньютон критически изучал и интерпретировал религиозные произведения, а в конце жизни целиком посвятил себя теологии».
Ньютон «рассматривал законы природы как непрерывное и правильное выражение власти и воли Бога» – Творца и Вседержителя мира. В главном произведении этого ученого – «Математических началах натуральной философии» (1687), – пишется о законности принятия на основании небесной механики представлений о Боге и резко критикуется противоположный, механистический подход Декарта с его «гипотезой вихрей», которая, по словам Ньютона, «подавляется многими трудностями». В его «Оптике», вышедшей в 1704 году, когда Ньютону было уже 62 года он пишет о сотворении мира Богом. По его мнению, «не должно философии искать другое происхождение мира или полагать, что мир мог возникнуть из хаоса только по законам природы». Друг и единомышленник Ньютона Сэмюэль Кларк ясно изложил ньютоновские представления о том, что «на наш мир нельзя смотреть как на некий бездушный механизм и что этот мир существует лишь благодаря Божественному вседержительству». Гюйгенс посчитал идею гравитации "абсурдом", поскольку действие через пустое пространство исключало всякий механизм передачи силы».
Кроме Гюйгенса «против чисто математического описания гравитации возражали и многие другие современники Ньютона, в том числе Лейбниц». Трудности принятия ньютоновского стиля мышления свидетельствуют о господстве в научно-философских кругах того времени именно механистических стереотипов мышления и удаленности этих кругов от представлений о Божественном вседержительстве. Именно в нематериальном, в конечном счете, – в Божественных энергиях только и может содержаться «энциклопедическое знание» о принципах мироустроения, «знание», передающееся в область материальной реальности физических частиц и полей.

МИФЫ О ВРЕМЕНИ И ХРОНАЛЬНЫЙ МИР 131
Диавол очень искусно замаскировал все подступы к истине. В науки рассудочного Запада он внедрил несколько ложных принципов, таких, например, как теория относительности Эйнштейна, второй закон термодинамики Клазиуса и т.д. и строго охраняет их принципом Бора: если хочешь сделать в науке что-то новое, изволь сохранить в целости всё старое. Именно теорию относительности, квантовую механику и теорию информации принято именовать «основами современного естествознания». например, в фундаменте теории относительности лежит принцип АБСОЛЮТНОЙ НЕИЗМЕННОСТИ СКОРОСТИ СВЕТА В ВАКУМЕ и невозможности её достичь и превысить (т.е. Богу поставлены некие рамки для Его всемогущества).В.Вейник считает, что в день творения мира скорость света была бесконечно большой и это больше соответствует библейской истине чем выдумки лжеиудея Эйнштейна. Не менее абсурден и принцип относительности Эйнштейна, согласно которому размеры и масса тела зависят от скорости наблюдателя. В самом деле, если, к примеру, наблюдатель, взглянет из быстролетящей ракеты на вашу кровать, то тем самым он мгновенно удлинит её и сделает намного тяжелее. А при наличии нескольких наблюдателей, летящих с разными скоростями и интересующихся вашей кроватью, это сделает её в одно и то же время с разными длинами и массами. Такова «непререкаемая мудрость» Эйнштейна и верующих в его бредятину.
Этот же принцип С Л У Ч А Й Н О С Т И лежит и в основаниях квантовой механики и информации, хотя мерой случайности служит вероятность какого-либо события и в реальности природе чужды понятия случайности или вероятности, в ней всё детерминировано (вспомним о евангельском «волосе с головы») и совершается в силу необходимости.Что касается искусственного расчетного приёма случайности, то наука прибегает к нему вследствие ограниченности ее рассчетных возможностей при наличии множества объектов и событий, недоступных для их научного рассмотрения во всей сложности их взаимодействий. И потому сатана этот частный математический прием лукаво приписывает свойству самой природы и получается довольно наукоподобно: если природа основана на случайностях, то почему бы случайно не самозародиться жизни? Отсюда и гордость сциентистов-релятивистов: «мы не нуждаемся в гипотезе Бога». Так сказочники-эволюционисты сочинили басню о том, что за 5 или 10 млрд. лет (а не верите, мол, сами проверьте) из мёртвого вещества случайно возникла жизнь и мира никто не сотворял, а посему живи как животное, ни тебе ни ответственности, ни последствий, поскольку бояться некого – нет ни Бога, ни сатаны, а есть лишь палеозой и промискуитет.
Помимо этой бессмыслицы случайности и вероятности, ещё большая бессмыслица содержится в методе сшитой из лоскутов западной науки - угадывания математических уравнений с последующим выяснением их смысла и способа применения. Отсюда и общепринятые критерии правильности той или иной теории, такие как простота (Ньютон, Мах), красота (Пуанкаре, Дирак), изящество и музыкальность (Эйнштейн), но при этом и «безумность» (критерий Нильса Бора при обсуждении теории Шредингера). Среди таких нобелевских «угадантов» всем известны «мудрые» Поль Дирак, Макс Борн, Гейзенберг, Планк, Флейман, Шредингер и др.
К этой басне о «госпоже случайности» учёные мужи присоединили еще одну не менее важную для теории эволюции басню о «Н Е З А В И С И М О С Т И скорости протекания процессов от времени». Принят как нерушимый и неподверженный сомнению и критике закон, утверждающий, что никакими физическими, химическими и прочими методами невозможно изменить скорость радиоактивного распада.

Виктор Вейник пишет о том, что в фундаменте теории относительности лежит принцип абсолютной неизменности скорости (тварного) света в вакууме. Время при этом воспринимается не как поток вещества а как некая условная длительность. В.Вейник пришел к выводу, что за время отвечает особое вещество, которое определяется им как «хрональное». Иначе говоря, время обладает свойствами вещества. Помимо того, что это вещество наделяет тела свойством длительности (о чем говорит Ньютон), оно придает потоку времени свойство, именуемое «хроналом». Это хрональное свойство временного потока определяет скорость протекания всех вещественных процессов. По Вейнику, хронал и временная длительность обратно пропорциональны. Чем больше хронал тем меньше длительность и обратно. Хрональное явление можно проиллюстрировать на примере нагретого и потом выключенного утюга. Подобно электрически заряженному телу, нагретый утюг уменьшает свою температуру и свой потенциал, по логарифмическому (эспоненциальному) закону, т.е. вначале быстро а потом все медленнее. Соответствующим образом снижается и «хронал», приводя к эффекту «старения времени» у «хронально заряженных» тел. Уменьшение хронала сопровождается снижением скорости всех процессов, в первую очередь физических, таких, например, как период полураспада радиоактивного изотопа углерода.
У человека самое большое значение хронала имеет новорождённый. У грудного ребёнка, например, потребление кислорода выше, чем у взрослого в 2 раза. К старости все процессы замедляются. Теперь понятно, почему со временем ветшают (а не «прогрессивно молодеют») и род, и общество, и цивилизация в целом. (Из этого же, кстати, проистекает и разница в восприятии мира у молодёжи и стариков, чем пользуется лукавый, намеренно маскируя тот факт, что каждый живёт в своём индивидуальном времени.)
В.Вейник пришел к выводу, что творение мира происходило при крайне больших значениях хронала с невообразимо высокой интенсивностью всех процессов. Вот почему, например, нить теперешнего мха была некогда двухметровой в обхвате. То же самое наблюдалось и в животном мире. После первого тысячелетия «буйство» жизни многократно ослабло, а после третьего вышло на спокойный режим старения. Отсюда и измельчание животного и растительного мира и сокращение века их жизни как века у людей. Адам жил чуть меньше 1000 лет, Ной – 950 лет, Сим –600 лет. В период строительства Вавилонской башни век людей составлял около 400 лет. Авраам жил 175 лет, Иосиф – 110 лет. Так что басня о «миллиардах лет эволюции» была сочинена эволюционистами для того, чтобы баснословным по длительности отрезком времени (10-20 млрд. лет – возраст вселенной) объяснить СЛУЧАЙНОЕ зарождение жизни. Так что этот перл западной мудрости основан на постулате, что скорость процессов (например, радиоактивного распада) сегодня такая же, как и в давние времена, хотя это всё равно что ребёнка приравнять к старику! И теперь уже столетие миф Эйнштейна о неизменности течения времени независимо от скорости протекания энергообменных процессов в физических телах или в биосистемах морочит людям голову, хотя даже простой житейский здравый смысл восстает против приравнивания старика к младенцу. Совершенно ясно, что скорость обмена веществ, а следовательно и скорость течения времени, неодинакова в юном организме и в изношенном старом теле. Согласно Писанию, время вещественно, оно, - читаем у пророка Ездры, - «стареет» а потому лишь условно-социальное( или эйнштейновское) время возможно передавать по радио, и такое фиктивное время не имеет отношения к реальному физическому времени. И когда Эйнштейн, пишет В.Вейник, вводит понятие этого фиктивного времени в физические формулы, он получает абсолютно неверные результаты. В реальном физическом времени, при понижении скорости внутриобменных процессов, биологических или социальных объектов или их систем, время действительно « стареет», что проявляется как эффект ускорения времени. Так что «молодое время» было более плотным и «густым». Такое «густое время» в небольших объемах вполне заменяет миллионы и миллиарды лет фиктивного «эволюционно-эйнштейновского времени», ибо, как пишет академик Виктор Вейник, когда время было «молодым», скорость протекания всех физических процессов, была намного большей в сравнении с современной. Со старением времени, стареют и цивилизации, племена и народы, так что почему бы не поверить Библии, указывающей на то, что одному сильно заряженному хроналом дню творения с чрезвычайно высокой интенсивностью всех процессов соответствовала тысяча наших лет?
С помощью «хронала» легко и просто могут быть расшифрованы и неясные , вызывающие иногда сомнение физические особенности. Кванты хронального вещества не обладают размерами и массой, они «размазаны» внутри метрического объёма. Так хрональное и метрическое явления органически связали в единое целое духовный и телесный мир. Это свойство называно В.Вейником «параллельностью», поскольку внеметрические объекты способны существовать внутри хронально-метрического мира, т.е. параллельно.
По библейскому сказанию, жизнь первых поколений людей исчислялась сотнями лет: многие из них немного не дотягивали до полной тысячи. Человек тогда был живуч. Этому не противоречат и естественные науки. Когда же царство «греха» распространилось и обернулось высокотехнологичной богоборческой цивилизацией каинитов, сатанизмом засмердела вся земля. В нравственной Вселенной наступила катастрофа, когда жрицы свободной лесбиянской любви и жрецы содомизма окончательно развратили «сынов Божиих». Растлеваясь, рушилось все живое. Жизненные силы оскудевали, люди стали генетически вырождаться даже в сифитах, превращаясь в людоедов-великанов и гномов. Венец творения, свободный царь природы, человек — это чудное существо, происшедшее от соединения двух могучих начал — материи и духа, — опустился до степени животного и мог совсем исчезнуть, выродиться, как выродились и исчезли, например, с лица земли мамонты. Во времена Ноя жизнь людей сократилась до 120 лет. Таким стал максимальный срок жизни человека.

drive.google.com/file/d/1d3a5yQlydBQyq58...XsK/view?usp=sharing

Тем кто доверяет медведю (Медведеву) и прочим друзьям доллара сша.

А ведь есть у них толковые люди.

youtube.com/shorts/OYAemXQ5dH0?feature=share

Реки и Источники Вод

Ну да, всё раскрывается. Теперь попробуйте играть открытыми картами, господа!

www.kommersant.ru/doc/5423637

Сознание конечно же настраивается словами, а подсознание — визуальными словами и образами. Мы росли в окружении вывесок «Молоко», «Хлеб», «Булочная», «Хозяйственный», «Продукты», «Весна»... А сейчас! Оглянуться страшно)))