ТЕМА: Вопрос Цивилизационный проект Свято-Русского Царства

Лариса Кутузова пишет: Знаменный распев действием мелодии 7-го Ангела…

Спасибо, Лариса. Это и есть русский код. Кстати, я как раз минуту назад думал о нём с т.зр. расклада энергий по Илье. И если это шесто-седьмой день, а распев из седьмого, то что мы имеет от Шестого?

Пересматриваю ролик и что-то вспомнилось пушкинское " Прибежали в избу дети,
второпях зовут ОТЦА:
- Тятя, тятя, наши "сети" притащили мертвеца!

Тятя небесный с помощью интернет-сетей притащили в Соборную избу и прошлых и современных детей Божиих.

"Пасха- не куличи. Осквернение. Выйди, народ, из Вавилона!" Слово Иисуса Христа 07.04.26г.
rutube.ru/video/ca7d0b4fe54fc78a9bc58c5e532392db/

Александр Вербовский пишет: Пересматриваю ролик и что-то вспомнилось пушкинское " Прибежали в избу дети,
второпях зовут ОТЦА:
- Тятя, тятя, наши "сети" притащили мертвеца!

Тятя небесный с помощью интернет-сетей притащили в Соборную избу и прошлых и современных детей Божиих.

"Пасха- не куличи. Осквернение. Выйди, народ, из Вавилона!" Слово Иисуса Христа 07.04.26г.
rutube.ru/video/ca7d0b4fe54fc78a9bc58c5e532392db/

То что в Церкви изменён символ веры никого не смущает, а куличи с яйцами - это великий грех. Помилуй, Господь!!!

и вот ещё одна причина, за что пиндосные фейко звёздные вояки уничтожили русский шатл
bastyon.com/index?v=faba3f44823f08e154e2...AkyC24MrsBeQ2uaVex2H

Вот интересно, звук и цвет на меня одинаково сильно воздействуют. Иногда до дикого раздражения, так что не одну картину я поломал, доходя до стадии ярости. А потом "откат", никого не хочется видеть, а если хочется, то чтобы в глаз засветить. Илью понимаю. Сейчас переключаюсь на свою "историческую ипостась" и досадую на Олежку. Ну мешает он логичному изложению Ильи, так бы и треснул , Вот ведь очень важный момент затронул Илья, когда сказал что мы, нынешние, по сравнению с прославленным пророком Даниилом, не только не слабее по духовной составляющей, но и гораздо мощнее. Илья, как всегда, заставил меня задуматься. А ведь, в самом деле, ребята, мы ведь оказадись наследниками огромного пласта цивилизаций уже после Даниила. Включая христианские государства Европы. Мы прошли через соблазны теократических государств и массовых ересей. О них Даниил и не слышал. И пусть по волевым качествам мы уступаем трём отрокам из "огненной пещи", но интеллектом не дурнее его или неоплатоника Василия Каппадокийского.
Понравилось рассуждение Ильи о Византийском проекте. Дополню, вдогонку посиделкам Первое. Нужно иметь ЧЁТКОЕ представление о разнице между Царством и Империей. Последнюю сейчас рекламируют, в основном, агенты Матрицы. Но Царство предполагает принцип династического престолонаследия Монархической власти. А кто такой император? Это ДИКТАТОР, избираемый олигархической элитой (теми же "всадниками" в Риме) во время войны или политического кризиса. В Польше этот принцип был реализован в законе о "рокоше", законном бандитизме дворян.
Второе, что касается византийской версии христианства, то да, по сути, Вера человека была превращена в ьидеологически оформленную РЕЛИГИЮ. Кстати, именно этим и отличалась вера Руси Иоанна Грозного от синодальной религии петрово-никоноских киево-могилянских посдедышей. Писменное слово поставили под контроль ("фельдфебеля в вольтеры дам") и сейчас в Бастионе вижу "Собор российских новомучеников", в Софринской редакции. А у меня вопрос к ним: " А где же НОВОМУЧЕНИКИ РУССКОЙ ЦЕРКВИ 17-го века?

Я бы еще поставил памятник жертвам синодальной ереси. На Красной площади, на месте мавзолея. Столько веков войн, страданий и крови и всё из-за подмены догмата о Троице.

Спасибо Александр, за дружескую оплеуху! Сам бы себя высек, прошу прощения у всех. Вчера, старался не перебивать.

Да не за что, Олег Просто мы иногда соблазняемся внешней простой формой человека и поневоле принижаем его. Илью я поспринимаю как одного из 70-ти апостолов, присутстствуют на историческом земном пространстве в каждый момент времени в любом веке. Почему Отрок Илья стал для меня Учителем и Наставником, которого я рисовал в сер. 80-х в виде Отрока идущего по Космосу с лампадой это вопрос к моему ангелу. Скажу ужасную ересь - перечитав апостолов и пророков, святых всех категорий и мастей, ни у кого, кроме Ильи я не нашёл ДАЖЕ ПРИБЛИЗИТЕЛЬНО ответы на мои вопросы о смысле существования вселенной и личной своей программы. Красивые слова, картинки, интересные теории и всё это в эклектике. Илья вмервые в истории выстроил КОНЦЕПЦИЮ от Предвечности до Шестого дня. Нет ему равных. Но что самое удивительное, он смог собрать единовышленников без экзальтации тоталитарных сообществ а на Духе Истины. Так чтотеперь и вы все соборушки стали ТАКИМ ЖЕ уникальным явлением и когда я вижу, что Андрей Иринович интересуется "обрядовой частью" Литургии ТЦ (очень нужной, и правильно делает), но при этом ИГНОРИРУЕТ СОБОР, мне становится смешно, будто вся суть ПБ - это некая ритуальная магия, это типичное западное "магическое" понимание веры - "нажми на кнопку - получишь результат".
Вот, наткнулся на старый файл и снова аплодирую Илье. Ведь он как бы из меня вынул слова, ну до того точно.

( Читая Илью Тырданова)
Боги синодального Олимпа
Причина заключается в синодально-фарисейской закваске. С XVII-ого века православие переделывалось с очень простой целью. Для того, чтобы народ подчинить интересам государства. Чтобы контролировать человека, нужно стандартизировать его мысли и поведение. Вот для этого и была создана синодальная система ценностей, которая четко регламентировала, что есть хорошо, а что плохо. Проявление всякой свободы, творчества, мистики, сложности, неоднозначности, многомерности и непредсказуемости – трактовалось как явление нежелательное, крайне вредное и ведущее безусловно в прелесть и погибель. Попы до сих пор так все говорят и делают. А вот то, что можно регламентировать, зафиксировать на бумаге и вписать в букву закона – такие вещи наоборот всячески превозносились и культивировались, как примеры благочестия и образцы для подражания. В результате критерии добра и святости целенаправленно были предельно рафинированы и столь завышены, что потеряли всякую связь с реальной жизнью.
Именно для этой цели трудился столь любимый масонами «великий просветитель» Дмитрий Ростовский. Ни один из святых, канонизированных синодом, не удостоился таких дифирамбов и почестей. И все из-за того, что этот горе-просветитель отредактировал жития таким образом, что святые потеряли всякую связь со смертным родом человеческим и превратились фактически в подобие олимпийских богов. Из жизнеописания христианских подвижников были выброшены все косяки, все факты прошлого, способные пролить хоть малейшую тень на непорочный образ героя. Святые перестали быть обыкновенными людьми, которым свойственны взлеты и падения. Система настолько их идеализировала, что фактически сделала их непогрешимыми и поставила на один уровень со Спасителем. А в чем-то даже и затмила Бога.
И до сих пор большинство православных людей уверены, что если человек святой – то он безгрешный. Это, во-первых. А во-вторых, люди так же уверены, что между обыкновенным человеком и святым лежит такая колоссальная пропасть, что о святости не стоит даже и помышлять. И этот миф прежде всего культивируют сами церковники.
И вот на этой развесистой клюкве русский народ воспитывался несколько веков. Естественно, когда попы из поколения в поколение вдалбливали русскому человеку, какое он говно, и какая пропасть лежит между ним и олимпом святых небожителей, то последовала естественная реакция отторжения. Русским людям православная вера стала глубоко не интересна и противна. Кто захочет впрягаться в дело, которое гарантированно ты не осилишь? Кто захочет стремиться к святости, если стать святым абсолютно невозможно… Вот, кто убил веру в русском народе. Это сделали попы своими собственными руками.
Церковь vs Бог
Вернемся к истории нашего Собора. Адептам священного синода с младых ногтей внушают, что жить по христианским заповедям – это значит уметь совершать идеальные поступки, не содержащие в себе фактора ошибки. Ибо, ошибка -- это грех, а грех допускать нельзя. Чтобы свести к минимуму фактор ошибки, адептам запрещается действовать самостоятельно. Поэтому они во всём должны слушаться гуру-духовника. Духовник программирует поведение адепта, загружая в мозг инструкции, регламентирующие хорошие и плохие поступки с точки зрения церковного стандарта. И вот таким образом самостоятельное духовное мышление убивается напрочь. Т.е., переступив порог храма и придя в церковь за Богом Живым, происходит все наоборот. Человек окончательно теряет связь с Боженькой и превращается в безмозглого робота с удаленным управлением. Вот таким образом церковь штампует всем известных молчаливых зомби-прихожан, с потухшим взором, заторможенным мышлением и хаотичным жизненном поведением, лишенном собранности и цели.
Каждый, кто переступил порог синодальной церкви неизбежно подхватывает этот зомби-вирус. Вирус, который жестко регламентирует мысли и поступки человека. И человек начинает оценивать окружающий мир не сердцем и духом через Бога, а через заложенную в его голову синодальную прошивку.
Из Назарета может ли быть что доброе?
Однако, у каждого зомби сохраняется остаточная память о том, что мир нужно оценивать не головой, с вложенными в нее чужими мозгами, а собственным сердцем, через Боженьку. Благодаря этой остаточной памяти некоторые укушенные смогли вырваться из синодального курятника

ЭТО АКТУАЛЬНО!!!

ЧТО ОТ НАС СКРЫВАЛИ ГРЕКО-СИНОДАЛЫ НА ПРОТЯЖЕНИИ ВЕКОВ.
СКРЫЛИ ПОЭТА, УЧИТЕЛЯ ВСЕХ АРАБСКИХ ИСЛАМСКИХ ПОСЛЕДУЮЩИХ ПОЭТОВ,

Мар Афрем Мальфана (Ефрем Сирин)

МОНОЛОГ СМЕРТИ

­Гимн XXXVI (фрагмент)

О, сын Иосифа, приди, смотри на этот ужас.
Героев члены сокрушив, Самсона стан могучий,
И Голиафа кость кроша, я Ога-исполина,
Гигантов сына, что себе железный трон для власти
Ковал16 – со трона ввергла в тьму и трон перевернула:
У врат Шеола гордый кедр смирила, в прах низвергши.
Я смертных тысячи одна бесстрашно одолела,
Меня ли победить Ты мнишь, о жалкий одиночка!
Преславных всех мужей, отцов, священников, пророков,
Я унесла давно в Шеол, согнав их, словно стадо.
Я сокрушила и царей, их воинства столкнувши,
Я исполинов мощью их великою смирила,
Собрала праведных венец, блестящий благородством,
Так, что река из мертвых тел разлилась и в бурленье
Со шумом падала в Шеол, круша непрочный берег.
Но тот поток не утолил Шеола жажды жгучей.
Не важно, близко ль человек к опасному теченью,
Иль, опасаясь, отошел подальше, час последний
Его увлекши, как поток, несет к вратам Шеола.
5
Сребро богатых ни во что не ставлю, презираю,
Дарами их не подкупить меня, попытки тщетны.
Пусть тысячи у них рабов, не слушаю мольбы их.
Слуга ль расстрогает меня, хозяина спасая,
Иль бедный сможет умолить, вступаясь за вельможу,
Ребенок ли уговорит, за старца заступаясь?
Положим, могут мудрецы, дав волю убежденью,
К словам своим скотов склонить, но силе красноречья
Не суждено достичь ушей моих, я ей не внемлю.
Мне имя „Ненависть к мольбе“, „Жестокая к просящим“,
Что мне приказано вершить, всегда я исполняю.
6
Кто ж он такой, и чей он сын, и из какого рода,
Тот человек, чтоб смог меня повергнуть, уничтожить?
Владею книгой вечной я всех живших поколений;
Себя заставила читать все имена в той книге,
Все, от Адама до сих дней. Какая это мука!
Нет пропуска среди имен, и ни один в ней смертный
Пропущен не был и забыт, все вписаны колена
В мое, конечно, существо, в мою, конечно, сущность.
И для Тебя лишь, Иисус, я их перечитала,
Не пропустила, все сочла, исчислила надежно,
Чтоб доказать Тебе: никто не избежал кончины.
Не будем лгать, двух имена отсутствуют во Аде.
Два: Илия и с ним Енох, во Ад не низвергались.
Искала я и в глубине, куда Иона канул,
Смотрела всюду, где могла, но их не обретала.
Я полагаю, что они в Рай сладости вселились
И ускользнули от меня. У входа в Рай на страже
Пламеннокрылый Херувим стоит, внушая трепет17
Иаков лествицу узрел, протянутую в выси:18
По ней Енох и Илия поднялись до созвездий.
Исчислит кто песок морей, чтоб у меня исхитить
Песчинки крохотные две? Обильнейшая жатва,
Что собирается серпом моих жнецов, болезней,
Растет во всякий день и час. Но только я снопы их
Беру и в житницу кладу, а с ними и болезни:
Могильщиков-жнецов самих с их жатвой хороню я,
И сборщики снопов тогда в забвенье исчезают.
Со зрелой сладостной лозы, забытой виноделом,
Две сочных ягоды тогда от взора ускользнули,
Но се – ничтожнейшая часть, ведь урожай огромен!
9
На всех охочусь я, везде я стерегу добычу,
На зыбях моря, на земле, – Смерть говорит с насмешкой, –
Орлы слетаются ко мне с безбрежных далей моря,
Морских чудовищ кличу я, зверей, пернатых с неба,
Я старцев, отроков зову, младенцев: пусть докажут
Тебе лишь, о Марии сын, насколько я всевластна.
Неужто Твой способен Крест лишить меня той власти?
Ведь он из древа: древом я и вырвала победу!
10
Хотела я продолжить речь, но предаюсь молчанью,
Знай, что без счета у меня речей и доказательств,
Зачем отборные слова нужны? Вглядись в деянья:
Вот все они, и за себя они замолвят слово.
Да, не внушаю я, как вы, всем простецам и детям
О воскресении мечту. Когда они воскреснут?
Дай доказательство сейчас, коль Ты настолько властен,
Чтоб грезы будущих надежд принять сподручно было».
Умолкла Смерть, окончив речь презренья и насмешки,
И вдруг в Аду, как гром с небес, раздался глас Господень,
Раскатами загромыхал, отверз могилы кличем. 19
И Смерть и сумрачный Шеол, не знающие света,
Вдруг охватил великий страх, и Ангелов когорты
Сверкающие взяв лучи во длань, вошли в потемки,
И перед ликом Мертвеца, Который жизнь дарует,
Подняли мертвых, тлен стряхнув, и мертвецы в веселье
Живыми вышли из могил, в багряный стыд окрасив
Ланиты тех, кто тщетно мнил, что Жизнь Саму убили.
И Смерть, бледнея, говорит: «Где времена былые –
Век Моисея, – что за пир, что за великий праздник
Тогда мне агнец даровал в оазисах Египта:
Я сладких первенцев брала, и горы детских трупов
У врат Шеола, словно снедь, для празднества лежали,
Но Агнец Праздничный, увы, на торжестве желанный,
Вдруг начал грабить мой Шеол, Он дюжины хватает
И забирает мертвецов, бесстыдно похищает!
Тот агнец наполнял гробы, любимые могилы,
А Этот, дерзкий, полноту гробов опустошает
13
О, что за пытка для меня кончина Иисуса!
Я предпочла бы, чтоб Он жил, чем умер мне на гибель!
Мертвец мятежный, смерть Его, мне, Смерти, ненавистна!
Смерть всякого услада мне, но смерть Его в соблазн мне.
Надеюсь и мечтаю я: Он оживет вот-вот уж,
Ведь быв живым, Он лишь троим вернул дыханье жизни,
Троих Он мертвых воскресил. Теперь, когда Он умер,
Его кончиной мертвецы вновь ставшие живыми,
Меня, царицу, ввергнув в прах у самых врат Шеола,
Ногами топчут всякий раз, как их сдержать пытаюсь.
14
О, запирайте вы врата Шеола поскорее
Пред этим Мертвым, смерть Его меня хитрее много.
Да не услышит кто мой стыд теперь пред миром целым!
Мертвец, явившийся извне, меня порабощает.
Все мертвецы стремятся в жизнь, а Он сюда проникнул.
Сей Искупитель жизни вдруг зашел в Шеол незванно
И дарит жизнь живущим здесь безжизненным останкам.
Да кто позволил-то Ему войти сюда, сокрывши
Сей живопламенный огонь? Он кротко согревает
Холодный и немой вертеп туманного Шеола».

Родители его были людьми благочестивыми, но язычниками. Святой Ефрем принял христианство. Повлияло на это две вещи:

Он попал в христианское братство «Сынов Завета» на берегу Евфрата, и через них усвоил основные положения христианства (тогда еще молодого, только отошедшего от эпохи мученичества).
Позже, он познакомился с епископом Иаковым Низибийским и служил у него до самой смерти последнего. Иаков привил Ефрему любовь к христианству и возил его с собой на 1 Вселенский собор в 325 году.
св. Ефрем родился в Месопотамии (Восточная римская империя), на границе нынешних Турции и Сирии, ближе к Ираку. В то время это была область язычников и первых христиан. Двумя веками позже здесь стал распространяться Ислам,По восточному стилю своих творений святой Ефрем похож на стиль изложения повествования в Коране.

Его называют «соловьем пустыни», но св. Ефрем не был пустынником. По больше части он жил и творил среди людей. Сначала в Низибии, потом в Едессе. В уединение он ушел лишь перед кончиной.Святой Ефрем был поэтом, гимнологом. Таким, как век спустя станет Роман Сладкопевец, в несколькими веками спустя Андрей Критский, Иоанн Дамаскин.Святой Ефрем создал очень много творений (до 1000), многие из которых не дошли до наших дней.
Святой занимался еще экзегетикой – толкованием Священного Писания. Он был прекрасным учителем и проповедником. По красноречию его сравнивали с Иоанном Златоустом, жившим в том же веке, что и св. Ефрем.
Он не был суровым аскетом, как египетские подвижники типа Антония, МСвятой Ефрем любил православие, строго опирался на него. Свои труды он творил в строгой православной парадигме. И учил тому же людей.

Церковь ценила его. Отрывки из его трудов читались в церкви того времени после Евангелия. Еще при жизни самого Ефрема. Это высокое почтение, которое оказала ему церковь.

Церковь ценила его как человека, священнослужителя. По чину церковному св. Ефрем был всего лишь диаконом (младшим священником). В Едессе ему предложили чин архиерея (за его заслуги перед церковью). Но святой «включил» юродивого, бегал и совершал специально безумные действия, чтобы его не облачили в архиереи.акария, Евфимия Великих.
Ефрем не стремился быть во власти. Свободным художником, оратором, проповедником и восточным поэтом ему жилось лучше. Мы помним, что автор Великого покаянного канона, Андрей Критский, хотя тоже был поэтом, но был и архиепископом на Крите. А Ефрем не захотел себе такого.

Дядя Саша, приём, собираемся к тебе в гости в прежнем составе + Хатуна

Да я вам ВСЕГДА ужасно рад Так, придётся мой гадюшник приводить в порядок. Ребят, но сил нет, что-то ослабел. Но но на пиво сил хватает

Не, не могу убираться, голова кружится и сердце сбивается на аритмию, уж прости, Светик! Ребят не стесняюсь

Завтра или послезавтра, сообщим более точно, как определимся