Галина Науменко пишет: Дорогой Собор! Так много хотелось бы сказать и выразить свои чувства к вам. Но вот нет у меня дара общения, потому очень редко бываю в эфире. В одном из недавних материалов Ильи сказано, что в молчании бывает много слов. Конечно, Илья сказал это в контексте серьезных и глубоких познаний Истины. Но на моем маленьком уровне это меня немного утешило.
Искренне сопереживаю всем процессам и трудностям соборной жизни. Зачастую восхищаюсь мудрости соборян, терпению, доброжелательности, искреннему стремлению к Любви,умению перешагивать через какие-то возможные личные обиды. Многому учусь.
Да Галинушка, и я такожде! 
Сегодня стену моей обычной молчаливости и закомплексованности просто пробило желание выразить слова благодарности и поддержки Зоряне. Дорогая Зоряна, низкий тебе поклон за твою мудрость, любовь и преданность Истине, за твои труды, умение выстаивать в сложнейших духовных и житейских ситуациях. Низкий поклон всему Собору.
Замечательно, Галинушка, состояние и моей души оформила и словесно озвучила!

А мою стену молчания тема Любви пробила. И мне сегодня захотелось пописать и поблагодарить Илью и Иоанну и весь наш собор Софии Божией за небесный хлебушек, за реки любви здесь созидаемые. Особенно после последней темы о Любви Божией так летаться начало. А накануне сильно в землю плющило.
Простите, соборушки, меня молчаливую иждивенку. Но ничего пока с собой поделать не могу. Мне, наверное, надо еще прорости в понимание необходимости соборности лично для меня. Я же в этом вопросе абсолютно молочная. А малому, как говорят, нескучно и самому. Не скучно то ладно, а вот печально то - это точно. Когда накрывает волна искушений, самой во стократ тяжелей продираться. Как раз в эти дни, когда наш Илья в тему любви и всепрощения прорастал, меня то и накрыла волна нелюбви и нетерпимости. В этот период как раз приехал ко мне вредный дед-беженец из Донецка. Приехал, предварительно не позвонив в миграционную службу. Оказалось впустую, опять у него задержка с оформлением документов на неопределенно-длительное время. Наверно Господь послал мне его для моего смирения. Две недели прожил у меня и такая меня неприязнь и нелюбовь накрыла, что места себе не находила (это внутренне, внешне лицемерно доброжелательствовала). Смотрела на себя со стороны и шарахалась – да откуда такое во мне, да как я так могу? Подумаешь недельку-другую потерпеть, раньше и до года жил. Ничего терпела. И ведь не в нем вопрос, а во мне, он для смирения Богом приставлен. Господь однажды так это показал - как то еду в маршрутке и нахлынули негодные помыслы о вредности этой личности. Но на тот момент видно ангел надоумил, как от них отбиться. Начала всячески оправдывать деда, давила на жалость, мол и больной и одинокий и т.д. и т.п. Вдруг как будто небеса распахнулись и оттуда свет любви на меня хлынул. И «вредная» эта личность, в свете этой любви предстала совершенно по новому, и чувства жалости, глубокого сострадания и даже некой нежности к нему вдруг стали совершенно искренними. На душе стало мирно покойно и радостно. И я сказала себе, - да ведь нисколечко он мне не в тягость. Пусть живет сколько потребно, да хоть и до конца своей жизни, я и досмотрю его и упокою. Дня два –три держалось это чувство, и ни какие выпады с его стороны ни сколько меня не задевали, но потом опять в нелюбовь и в нетерпимость скатилась . Не моя заслуга была, Господь показал, как абие может измениться и мир и любая, до селе крайне неприязненная личность, через малую брошенную в сердце крупинку Истинной любви. Это не в этот раз произошло, а года два назад.
А на сей раз из этого искушения нетерпимости, вывели меня последняя тема Ильи о мече возмездия –любови Божий, а еще соборный диалог-разборки м/д Иоаннушкой и Андреем. Опять окошко в небо распахнулось, опять неприязнь в Божьем всепрощении растворилась и улетучилась.
Знаете, сегодня аллегорический смешной образ на ум пришел. Наш собор это такая большая небесная телега-воз, а название у нее «Любовь». Телега едет в небо. То медленно, то, как авиалайнер несется, только держись. Тянет ее Илья (видимо, а невидимо Господь), а с заду Иоанна изо всех своих женских силенок налегает. По началу в телеге весь собор сидит, как в ясельках малыши (до прорастания). Когда по ходу следования, кто-то подрастает и наливается силой, тогда выскакивает из телеги (в руки Бога прыгает) и начинает помогать или Илье или Иоанне, тогда еще шибче едем. Если, случается, что помощь не впопад, тогда его обратно в телегу на прорастание упаковывают. Если сильно упирается, то на обочину, пусть бежит следом. Или пропотеет и смирится, или отстанет. Весь день в уме эту картинку кручу и любуюсь, место себе определяю. Пока в телеге себя вижу, сижу крепко за борт обоими руками вцепившись, куда там помогать, только бы за борт не вывалится и не отстать.

Крепости, сил и терпения Илье, Иоанне и всем нашим соборушкам, и активным помощникам и тележным младенцам.